57180

Увидел, как atorin радуется цитате из Нагибина, приведенной, в свою очередь, у realdiary, и подумал, что в жизни не читал ничего более страшного, чем те нагибинские мемуары. Никогда больше такого отвращения не испытывал. Совершенно инфернальные впечатления – об авторе, разумеется, а не о тех, кого он так изобретательно поливает грязью. И о системе, в которой он существовал. Документ эпохи, что ни говори, куда там тому “Архипелагу”… вот и аудитория у него благодарная есть, оказывается.


Опубликовано в Записках Часовщика. Комментировать можно и здесь, но лучше там.

Увидел, как atorin радуется цитате из Нагибина, приведенной, в свою очередь, у realdiary, и подумал, что в жизни не читал ничего более страшного, чем те нагибинские мемуары. Никогда больше такого отвращения не испытывал. Совершенно инфернальные впечатления – об авторе, разумеется, а не о тех, кого он так изобретательно поливает грязью. И о системе, в которой он существовал. Документ эпохи, что ни говори, куда там тому “Архипелагу”… вот и аудитория у него благодарная есть, оказывается.

А также в области балета мы впереди планеты всей

В последнем Нью-Йоркере – статья про русский балет по случаю гастролей Большого в Мете. Начинается с ведра помоев в адрес советского балета, Григоровича, Большого и вообще. Мол, было плохо, скучно, неинтересно и неоригинально. Всегда. А когда СССР кончился, еще хуже стало. И даже Эйфман, единственный из российских хореографов регулярно показывающий свою работу в Нью-Йорке – то же самое советское старье, если чуток поскрести его несоветскую тематику. И только вот теперь, когда в Большом появился новый директор-хореограф, намечается некоторое просветление в этом деле.

Интересно, такое мнение и тридцать-сорок лет назад имело место быть? Если да, то было оно маргинальным или общепринятым?


Опубликовано в Записках Часовщика. Комментировать можно и здесь, но лучше там.

А также в области балета мы впереди планеты всей

В последнем Нью-Йоркере – статья про русский балет по случаю гастролей Большого в Мете. Начинается с ведра помоев в адрес советского балета, Григоровича, Большого и вообще. Мол, было плохо, скучно, неинтересно и неоригинально. Всегда. А когда СССР кончился, еще хуже стало. И даже Эйфман, единственный из российских хореографов регулярно показывающий свою работу в Нью-Йорке – то же самое советское старье, если чуток поскрести его несоветскую тематику. И только вот теперь, когда в Большом появился новый директор-хореограф, намечается некоторое просветление в этом деле.

Интересно, такое мнение и тридцать-сорок лет назад имело место быть? Если да, то было оно маргинальным или общепринятым?

56824

Что gollie – мудак, известно давно и всем. Он, однако, не устает заботиться о поддержании репутации. На этот раз он решил издать классический, хрестоматийно-стандартный, образцово-показательный стон иммигранта-лузера, которого якобы не способны оценить тупые аборигены. К нему не замедлил присоединиться telnikoff. Вот не жнут же их, не сеют…


Опубликовано в Записках Часовщика. Комментировать можно и здесь, но лучше там.

Что gollie – мудак, известно давно и всем. Он, однако, не устает заботиться о поддержании репутации. На этот раз он решил издать классический, хрестоматийно-стандартный, образцово-показательный стон иммигранта-лузера, которого якобы не способны оценить тупые аборигены. К нему не замедлил присоединиться telnikoff. Вот не жнут же их, не сеют…