Вся эта возня вокруг трансгендеров пробудила у меня естественное любопытство: надо же разобраться, о чем, собственно, речь. Когда эта тема только возникла, у меня был некоторый первоначальный набор мнений, основанный на отрывочных сведениях, долетавших до меня случайно в реале или в интернете. Трансгендеризм (в отличие от гомосексуализма, например) мне представлялся психиатрической проблемой, а внезапный шум вокруг этой проблемы – чисто политическим конструктом. По мере несколько более целенаправленного чтения эти мнения слегка трансформировались. Теперь, скажем, трансгендеризм мне видится как психиатрическая проблема такого меньшинства, что сразу и не разглядишь, плюс проблема социальная, обеспеченная тем, что активисты называют raise of awareness: подростки (и их родители, и родители детей помладше), наслушавшись про трансгендеров, решают, что это ключ ко всем их подростковым проблемам – и начинают требовать перемену пола. А в медицине тоже взгляды поменялись (уж не знаю, под давлением активистов или просто атмосфера Второй Прогрессивной Эры так действует), коррекционная терапия теперь считается фашизмом, в подростковых проблемах никто не разбирается, а сразу начинают давать гормоны и резать по живому.
Причем сформировалось это мнение под влиянием текстов, так сказать, новой школы, где гендерная дисфория психическим расстройством не считается – но при ее описании выясняется, что симптоматика и прочие нюансы вполне как у психических расстройств, плюс статистическая связь с другими проблемами вроде шизофрении, которые пока из списка психических расстройств никто не исключал. То есть выглядит это все (для меня, человека, практически ничего о психиатрии не знающего) как подгонка классификаций под политкорректный стандарт.
Тем интереснее находить тексты, которые такой взгляд на проблему подтверждают напрямую. Вот мнение психиатра, который сорок лет работал с трансгендерами, изложенное коротко и внятно. Рекомендую всем интересующимся. Самое там главное – он говорит, что перемена пола, собственно, невозможна. Можешь залиться гормонами, отрезать себе все лишнее, и все равно останешься того же пола, какого был, только в слегка изуродованном виде, и всю жизнь будешь от этого страдать, и никуда от этого не деться. И самоубийства у трансов через десяток лет после всех этих процедур – обычное дело.
The idea that one’s sex is fluid and a matter open to choice runs unquestioned through our culture and is reflected everywhere in the media, the theater, the classroom, and in many medical clinics. It has taken on cult-like features: its own special lingo, internet chat rooms providing slick answers to new recruits, and clubs for easy access to dresses and styles supporting the sex change. It is doing much damage to families, adolescents, and children and should be confronted as an opinion without biological foundation wherever it emerges.
But gird your loins if you would confront this matter. Hell hath no fury like a vested interest masquerading as a moral principle.
Что касается vested interest masquerading as a moral principle – вот для симметрии (хотя какая тут симметрия) несколько примеров реакции на его мнения: GLAAD, LGBT Weekly, Advocate, Transadvocate, ThinkProgress.
Буду признателен, кстати, за ссылки на более осмысленную полемику между специалистами по этому вопросу: у меня нет ощущения, что я уже “все понял”.
Mirrored from Gears and Springs.
